fomasovetnik (fomasovetnik) wrote,
fomasovetnik
fomasovetnik

creavit

Оригинал взят у razoumovskiy в creavit
От Нумы до Тарквиния Древнего: populus creavit, patres auctores facti (круг указал, старшина приговорила: ранний Рим – это такая «Сечь» (с Тибра, как известно, выдачи не было, женщин пришлось увести полоном, военная добыча – постоянный источник дохода вплоть до империи)).

Сервий Туллий и Тарквиний Гордый захватили власть в обход процедур: Сервий хитростью (чужой), Тарквиний силой.

Консулы: двоих из patrum populus creavit на год, чтоб один боялся другого, а оба – следующих и не безобразничали, как Тарквиний. Так по идее, в реальности олигархия patrum: клиентела, продажная пресса, вбросы, махинации с подсчётом, убийства, договорные матчи, бунты, разбитые витрины, перевёрнутые автомобили и проч., что в таких случаях полагается.

Марий: семь раз консул, в том числе пять раз подряд.

Сулла: dictator perpetuus (как победитель в гражданской войне; сложил полномочия).

Помпей: consul solus (указом сената после убийства Клодия; два предыдущих консулата с Крассом: популяр уравновешивал оптимата – патовая ситуация после не завершённой на самом деле гражданской войны), потом шеф марионеток.

Цезарь: dictator perpetuus (как победитель в гражданской войне).

Август: princeps patrum (как победитель в гражданской войне и борьбе за власть в победившей группе).

После Тиберия: кого (из patrum круга Юлиев-Клавдиев) выбрали преторианцы, тот и цезарь (совсем как в России XVIII в.).

После Нерона: схватки генералов – чья армия победит, тот и цезарь.

Как всё начиналось:

Ромул и Рем были близнецы, так что уважение к возрасту не могло отличить их друг от друга, поэтому они доверили богам, пекущимся об этих землях, определить, кто даст только что основанному городу имя и будет в нём править. Для гадания Ромул выбрал Палатин, а Рем – Авентин. Говорят, что сначала боги дали знак Рему: шесть коршунов, и уже после того как это гадание огласили, в круге Ромула появилось вдвое больше птиц. Каждого из братьев их сторонники провозгласили царями, потому что люди Рема считали, что царь тот, кому птицы явились раньше, а люди Ромула – что тот, кому их явилось больше. Сначала они заспорили, потом подрались, и наконец начали биться, и вот тут Рем пал, поражённый в общей свалке.

Новгородское вече, как известно, – это кто кого перекричит. По сравнению с «кто кого побьёт» серьёзный шаг вперёд по пути цивилизации, окультуривания демократии. Кстати, судя по приведённому выше резюме большой истории, больше всего демократии было при монархии. Демократия – это когда в городе / деревне все взрослые боеспособные (и, разумеется, вооружённые) лично свободные и вовремя записавшиеся в гражданский коллектив мужчины (i.e. populus aka plebs (δῆμος)) сами занимаются всем, что их всех касается. Поскольку взрослые боеспособные лично свободные и вовремя записавшиеся в гражданский коллектив мужчины – это, мягко говоря, не все, кто живёт в данное время на данной территории, демократия – это дискриминация. Распространение гражданских прав на разного рода дискриминируемые при демократии группы (союзников, всех лично свободных, но не граждан, христиан, германцев, женщин, евреев, негров, гомосексуалистов, эмигрантов, страдающих синдромом Дауна и т.д.), ассоциируемое в наше время с демократией, на самом деле с демократией не связано и абсолютно с ней несовместимо: это симптом олигархии (тогда это распространение вынужденное: дайте избираться, а то уйдём из города или ещё как-нибудь напакостим) и империи (тогда оно устраивается верховной властью, чтобы навредить олигархии, которая играет роль оппозиции и гражданского общества). В конечном итоге это распространение прав, разумеется, совершенно фиктивно. Когда в политический процесс вовлечено всё население на данной территории в данное время, кроме тех, у кого нет паспортов (дети и мигранты), это приговор демократии, поскольку всё население не способно решительным образом повлиять на политический процесс. Особенно если это самое население превышает количество, с которым может быть знаком каждый (ситуация, знакомая уже классическим Афинам, в которых манипулировавший демосом Перикл имел больше власти, чем любой тиран), а территория простирается далеко за пределами городских стен. При этом реализация власти по-прежнему невозможна без участия боеспособных и вооружённых, но уже не в демократической форме: сначала святое место populi занимает армия, потом, надо полагать, ГБ, полиция и gendarmerie nationale, когда им удаётся выиграть у каких-нибудь марсельских и иных головорезов, играющих роль праведно разгневанного народа. Такая профессионализация, понятно, несовместима с демократией, поскольку демократия – это война: каждый год взрослые боеспособные лично свободные и вовремя записавшиеся в гражданский коллектив мужчины собираются вместе, берут с собой оружие и идут на рутинную (можно сказать, сезонную) межевую войну с взрослыми боеспособными лично свободными и вовремя записавшимися в гражданский коллектив мужчинами из соседнего села. При такой системе все и каждый тренируется в военном деле постоянно, так что понятно, каким образом генералов можно выбирать из всех на срок и не понимать, что такое карьера в армии (как и карьера вообще, впрочем).


Иван Васильевич и Фёдор Иоаннович: первый монарх и его сын.

Борис Годунов: избран по принципу «ближайший родственник последнего монарха».

Лжедмитрий I: сам взял трон по принципу «ближайший родственник последнего монарха».

Василий Шуйский: избран по принципу «старший из потомков Рюрика».

Королевич Владислав: избран по принципу «династия пресеклась, а мне происхождения хватает» (особенно забавно, конечно, в свете «…ты пишешь свое имя напередъ нашего, и то не по пригоже по тому, что намъ цысарь римский братъ и иныя великия государи, а тебѣ тѣмъ братомъ назватися не возможно по тому, что Свѣйская земля тѣхъ государствъ честию ниже, якоже напреди явленно будетъ. А сказываешь отца своего вотчину Свѣйскую землю, и ты б намъ известилъ, чей сынъ отецъ твой Густавъ и какъ дѣда твоего имянемъ звали, и на королевстве былъ ли, и с которыми государи братство ему и дружба была, укажи намъ то и имянно и грамоты пришли, и мы по тому уразумѣемъ»).

Михаил Фёдорович: избран по принципу «ближайший родственник последнего монарха».

Романовы до Петра: наследники – дети по старшинству.

Романовы после Петра: по идее, кого выбрал царь, тот и царь; в реальности – кого выбрала гвардия, тот и царь (вернее, царица).

Романовы после Екатерины: наследники – дети по старшинству.

1917–1922: Россия кончилась, началась Совдепия.

Совдепия: по идее, статус зависел от популярности в партии, по более рациональной идее – от симпатии старших товарищей (каждый очередной – выдвиженец предыдущего); кто или что на самом деле creavit всех этих генсеков / президентов РФ, понять невозможно. Malgré le titre La mystérieuse ascension de Vladimir Poutine (choisi par l'éditeur), l'auteur montre qu’il n’y a aucun mystère dans l’ascension de l'intéressé jusqu’au sommet du pouvoir. Блаженны ясновидящие: для меня тут по-прежнему клубятся непроницаемые тайны.

Tags: история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments